"Чтобы стать хорошим танцором танго необходимо влюбиться в эту музыку."

Carlos Pérez


вторник, 10 июля 2012 г.

Анхель Д’Агостино / Angel D’Agostino



Пианист и дирижер
(25 мая 1900 - 16 января 1991)

   Его оркестр не имел такого музыкального признания как оркестры Анибаля Тройло, Карлоса Ди Сарли или Освальдо Фреседо. Он так же не был так феноменально популярен, как оркестр Д’Арьенцо, но начиная с 40-х годов и до наших дней, поколения любителей танго никогда не прекращали уважать и восхищаться этим оркестром.



 Этот оркестр владел магией и эта магия не требовала ни высокопарности, ни вычурности. Все что они делали было просто и с хорошим вкусом.

  Бандонеонист, композитор и аранжировщик Исмаэль Спитальник комментировал: «В январе 1940 года я начинал с Д’Агостино и когда я сегодня слушаю те записи, то замечаю, что они звучат просто и по-креольски. Мы пользовались успехом из-за своего ясного и простого языка и благодаря певцу Анхелю Варгасу, который позволил публике в полной мере осознать поэзию. Кроме того Д’Агостино выбирал прекрасный репертуар, очень ностальгичный и очень отличающийся от других».

  Еще одну интересную точку зрения высказал Луис Адольфо Сьерра: «Д’Агостино попал в точку с идеей использовать простую музыкальную концепцию в своем стиле, но с экспресивной манерой исполнения высококвалифицированными музыкантами. Однако его успех в дуэте с Варгасом пришелся на самое оживленное время присутствия на сцене великих мастеров танго».

  Журналист Хорхе Гетлинг предупреждал: «Кто думает, что Д’Агостино играл на пианино, тот или не разбирается в пианино, или не знаком с Д’Агостино. Они были как одно целое, как будто они пара в разгар полной идилии».

  Наконец, сам музыкант рассказал нам о себе: «Я милонгеро, всегда им был, в лучшем смысле этого слова. Я был хорошим танцором и аккомпанировал лучшим танцорам, таким как El Mocho и La Portuguesa, Касимиро Айну. Но El Mocho был лучшим, он был элегантным и самым подлинным представителем милонгеро. Я формировал свой оркестр на основе двух концепций, которым никогда не изменял: уважение к мелодической линии и к ритмическим акцентам для облегчения танцевания. Когда певец врывается на сцену и переключает внимание публики на себя, оркестр должен быть организован так, чтобы музыка и пение не прерывали возможности танца. Для этого певец должен превратиться в еще один инструмент оркестра. Привелигированный, но неотделимый».

  Из этой краткой сентенции можно сделать вывод, что оркестр Д’Агостино характеризовался утонченной простотой, хорошим репертуаром для танцевания и  участием Анхеля Варгаса в качестве инструмента, неотделимого от остального оркестра.

Когда певец покинул оркестр, тот стал совсем другим.

  Анхель Доминго Эмилио Д’Агостино родился 25 мая 1900 года в БА, на улице Морено, 1626. Музыка для него была ежедневным и семейным делом. Его отец и дядья были музыкантами. В их доме было пианино, которое было одной его первых игрушек. Он вспоминал, что Мануэль Аростеги и Адольфо Бевильаква были частыми гостями в их доме и пианино не переставая звучало. Танго "Independencia" Бевильаква звучало в их доме задолго до своей премьеры в 1910 году.

  Он учился в консерватории и с детства начал выступать на публике. Учавствовал в детском трио вместе со своим соседом Хуаном Д’Арьенцо. Они представляли небольшой театр, находящийся на одной из сторон Зоологического сада в баррио Палермо. Поскольку им постоянно не платили, они подожгли его, но огонь был сразу погашен.

  Анхель оставил школу ради музыки. Аристократические семьи нанимали его для игры на праздниках. Также он начал выступать в ночных клубах, где играл разные ритмы, особенно регтайм, негритянскую музыку, которую привез английский пианист Фредриксон, которого он заменял, когда тот напивался.
 
  Д’Агостино создал свой первый оркестр в 1920 году. Они играли танго и джаз в кабаре «Palais de Glace». Среди его музыкантов был Ахесилао Феррассано, которого Д’Агостино считал лучшим скрипачем танго.
  Хотя его множество раз приглашали на гастроли, оркестр никогда не отправлялся в турне по причинам, который остались загадкой в жизни музыканта.
Во времена немого кино его оркестр был одним из первых, который играл в кинотеатрах. Через оркестр прошли Хуан Д’Арьенцо, Ансельмо Айета и Сириако Ортис.

  Первый чисто танговский оркестр Д’Агостино собрал в 1934 году с бандонеонистами Хорхе Архентино Фернандесом и Анибалем Тройло, скрипачем Уго Баралисом (сыном) и певцом Альберто Эчагуэ.



  С Анхелем Варгасом он познакомился в1932 году. Д’Агостино представлял его в некоторых своих выступлениях. Начиная с 1940 года был создан дуэт, который начал записываться на лейбле «Виктор» и выступать на радио «El Mundo».




  Д’Агостино был настоящим портеньо и танго не было единственным его увлечением. Квалифицированный игрок и заядлый холостяк. Он играл в покер в клубе «Прогресо» (клуб ,где собиралось высшее общество) и крепко дружил с Энрике Кадикамо. Об этой дружбе есть любопытная история, которая полностью характеризует его. Кадикамо и Д’Агостино поклялись никогда не жениться. Плейбои и богема, они не представляли себе постоянной связи с одной женщиной. Однако, после пятидесяти лет, Кадикамо нарушил клятву и женился на двадцатилетней девченке. С тех пор Д’Агостино не проронил с ним ни слова.

  С Анхелем Варгасом было записано 93 темы, с Тино Гарсиа 18, еще в дуэте с Мигелем Кане записал 9 песен. Через его оркестр прошли: Рауль Лавье (9 песен), Роберто Альвар (3 песни) и Рикардо Руис записал танго "Cascabelito", которое на многих дисках ошибочно указывается, что поет Варгас.

  16 января 1991 года он умер. Один, как всегда и хотел, полный музыки, друзей и памяти о стольких женщинах. Одна из них, пожалуй самая знаменитая аргентинка 20-го века, Эва Перон подарила ему будильник уникального дизайна. Сегодня эти часы являются частью коллекции президента Академического совета коллекционеров танго дона Эктора Люччи.


Признания Д’Агостино о себе самом.


  Я был скороспелым портеньо. Я родился 25 мая 1900 года на улице Морено. В моей семье все были музыкантами. Это было и учебой и хобби. В моем доме было пианино. Мне не было и шести лет, когда я начал заниматься. В скором времени я освоил клавиши и через некоторое время меня считали вундеркиндом, и я предстал перед публикой.

  Я уже общался с музыкантами танго. Не потому что предпочитал эту музыку, я изучал в основном классику, а потому что многие из них приходили к нам домой и были друзьями моей семьи.
Помню, что Бевильаква уже в 1908 году играл танго, которое называлось “Independencia”. Кроме того я контактировал с другими музыкантами, приехавшими из других стран, так как в консерватории, где я учился (которая была в ведениии неаполитанских друзей моих бабушки и дедушки) бывали все музыканты, которые прибывали в нашу страну.

  С десятилетнего возраста я играл на пианино в роскошных домах. Год спустя, я уже учился в национальном коледже, я провел театральный сезон в детском театре со своими сверстниками Эместо Бьянчи и Хуаном Д’Арьенцо. В 1912 году я собрал оркестр. Это было время студенческой забастовки и я воспользовался возможностью оставить учебу ради музыки. Я продолжал играть для богатых семей: в 1914 году я был пианистом у Сатурнио Унсуэ, например. Тогда же меня позвал с собой играть для немецкой пивоварни джазмен Эдуардо Армани.
  Танго мне нравилось. Не забывайте, что я слышал его в своем доме с детства. В 1915 году рядом с Армани жил Роберто Фирпо, поэтому я познакомился с ним и с другими музыкантами. Я выступал по разным салонам, но кроме этого я начал появляться и в театральных постановках.

  Когда мне исполнилось 18 лет, я начал выступать в таких клубах как «Аполо», «Флорида» и «Жокей Клуб», где я познакомился с лучшим виолончелистом мира Эннио Болоньини, с которым имел счастье подружиться. Помню, когда закончилась Первая мировая война, мы с ним на балконе его дома играли «Марсельезу». Дальше наши дороги разошлись. Годом позже я дебютировал в театре «Эсмеральда» (позже «Маипо»). 15 марта 1920 года я собрал свой первый взрослый оркестр, который играл танго и джаз, потому что прожить только с одного танго было невозможно.

  Затем я работал в «Пале де Глас». Здесь я поступил в оркестр Анхесилао Феррассано, который был лучшим скрипачем в танго, которого я слышал и с которым я годы спустя совместно управлял оркестром. Конечно мой джаз имел одну особенность. Мы делали спектакли. Создавали пародии и развлекались как могли, что было необычно. Танго же исполнялось в другой манере. Наш успех был так велик, что нам предложили ехать выступать в Париж, но я отказался, потому что не хотел уезжать.

  Я первым собрал оркестр для сопровождения немых фильмов. Это было в 1925 году в кинотеатре «Парамаунт». С тех пор начали выступать и другие музыканты, такие как Хулио Де Каро. В том же году в «L'Aiglón» со мной дебютировал недавно приехавший из Кордобы парень по имени Сириако Ортис. В 1928 году я собрал оркестр совместно со скрипачем Альфредо Массео. Тогда же я дебютировал на радио «Прието». Там я познакомился с Франсиско Фиорентино и Анибалем Тройло.

  С Варгасом меня познакомил Васкес, импресарио, который был женат на Паулине Сингерман. Варгас был токарем на заводе. Мне его представили в кинотеатре «Флорида». Я там работал с Либертад Лямарке и Касимиро Айном. Еще мы выступали в клубах, на радио и в театрах. В 1940 году меня нанял Пабло Валье для работы на радио «Мундо». В конце года я записывал на лейбле «Виктор» свой первый диск и там появился дуэт Д’Агостино-Варгас.

В 1943 году я был горд получить премию как лучший дирижер в лучшем радиошоу всех времен “Ronda de Ases”. Премия составляла 1 750 песо. Огромная по тем временам сумма. Дуэт с Варгасом существовал до 1946 года. Затем я ушел. Собрал новый оркестр и снова ушел. Так несколько раз. Я делал это, чтобы побыть в одиночестве и покое. Хотя музыка мне приносила огромное удовлетворение, были вещи, которые мне не нравились.

Комментариев нет:

Отправить комментарий