"Чтобы стать хорошим танцором танго необходимо влюбиться в эту музыку."

Carlos Pérez


суббота, 5 мая 2012 г.

Федерико Скортикати
Federico Scorticatti




Бандонеонист, дирижер и композитор.
(6 ноября 1912 г.- 2 июля 1998 г.)
Полное имя Федерико Агустин Скортикати



Рассказывает Нестор Пинсон

  Я познакомился с ним лично за несколько лет до его ухода, когда он принял мое приглашение на радиопрограмму "Siempre el tango". Мы поговорили тогда о различных аспектах его карьеры, он исполнил несколько танго, среди которых не могло отсутствовать "Alma", танго его авторства. Я когда-то читал в интервью с ним, что первый бандонеон ему подарили в восьмилетнем возрасте и он до сих пор на нем играет. Можно было увидеть, что кнопки заметно изношены и нажатие на них сопровождается стуком его пальцев по деревянной клавиатуре.




  После этой ночи мы встречались несколько раз и всегда, может быть из-за возраста или потому что это было его натурой, он был тихим, робким, немногословным, но у меня было ощущение, что мы знали друг друга всю свою жизнь. Он как-то сказал, что он никогда не любил управлять оркестрами, потому что не хотел иметь дело с проблемами, которую эта роль несет.

  Федерико родился в Уругвае, в Монтевидео. Детство провел в районе Вижьа Доминико и, как и многие другие музыканты танго, начинал свою карьеру, аккомпанируя немым фильмам в кинотеатрах: «Мой отец играл на бандонеоне, не зная музыкальной грамоты. Мое увлечение музыкой зародилось под его влиянием. Сначала я занимался с одним соседским мальчиком, а затем, более углубленно, у немца Бернштайна. Меня это захватило так сильно, что я практиковался целыми днями. Я был тощий и увидев мою настойчивость, мои тетки решили, что я могу заболеть туберкулезом. Моя мама начала меня кормить все время. Я набрал 104 кило веса, пока мне не предложили сбросить вес. Тогда я похудел до веса в 64 килограмма.»

  С помощью своего отца Скортикати устроился на радио «Националь» (позже «Бельграно»). Все артисты работали бесплатно, но их кормили. Там работали Чарло, Росита Кирога и другие артисты, ставшие затем знаменитыми. Дирекция радио решила создать трио в составе Армандо Балиотти (пианино), Фаусто Фронтера (скрипка) и Скорикати (бандонеон): «Тогда мы уже работали по контракту и получали деньги».

  В это же время он работал в квартете братьев Роберто и Теодоро Гисадо. Затем Каэтано Пульиси представил его Роберто Фирпо. С ним он проработал два года, выступая в кинотеатре «Парамаунт». «Это продолжалось до начала эры звукового кино. И чао! Многие тогда остались без работы.»

  В 1928 году, когда Скортикати едва исполнилось шестнадцать лет, он стал первым бандонеоном в октете Каэтано Пульиси. Бандонеонистами там были Паскуаль Сторти и Орасио Гожьино, скрипачами Пульиси, Октавио Скальоне и Маурисио Мисе, пианистом Альберто Косенса и контрабасистом Хосе Пульиси. Певцами были Педро Лауга и Фернандо Диас. Позже октет превратился в секстет, певцом в котором был Роберто Диас. «Тогда мне очень нравился оркестр Хулио Де Каро, с которым я периодически выступал. Также мне нравился Фреседо. Затем был Франсиско Канаро у которого я выступал в четырех разных оркестрах. Я принимал участие в фильмах Гарделя и в записи танго "Madreselva", версию которого можно услышать в фильме "El cartero"».

  В этом же году Скортикати создает трио с Освальдо Пульезе (пианино) и Хосе Гажьастеги (скрипка) для аккомпанемента Адельме Фалькон и Чарло.

  С 1929 года он создает несколько собственных оркестров, а в 1932 году собирает оркестр для выступлений на радио «Rívadavia». Затем еще один для выступления на «Radio Belgrano»: «Но это мне стоило очень дорого, я не был создан для дирижерства, не был деловым человеком, не был и вдохновителем для товарищей. В то время на пианино играл Хайме Госис, которого затем заменил Эктор Стампони. Помню контрабасиста Фермина Фава, бандонеонистов Орасио Гожьино и Доминго Тригеро, скрипачами были Виктор Бранья и Виктор Фелисе. Вокалистами были Лита Моралес, Меча Басан и Марио Коралес. Также мы выступали в кафе «Жерминаль». Затем снова появился Канаро и предложил мне турне по Бразилии, и все продолжилось дальше»

  Он был музыкантом на лейбле «Виктор» и записывался со всеми оркестрами этой марки. Дирижировал Orquesta Típica Víctor с 1935 по 1941 год.

  Но он также записывался на лейбле «Одеон» с Хуаном Маглио, который дирижировал трио бандонеонистов: Скорикатти, Габриель Клауси и Эрнесто Ди Чикко. В этом ансамбле, хотя он и носил имя Маглио, тот не принимал участие как исполнитель: «Чувствовал, что молодость прошла». Они записали четыре темы: вальсы "Ella vive en mi memoria", Маглио и "Lluvia de penas", Клауси, и танго: "Chitita", Маглио и "En capilla", Клауси.

  В 1942 году, когда Эрнесто Фама и Франсиско Амор расстались с Канаро, то они позвали Скорикати дирижировать их оркестром. Но это длилось недолго, они выступили на «Radio Oriental» в Монтевидео и на «Radio Splendid».

«Будучи у Канаро, в 1940 году, я принял участие в забастовке и он меня выгнал из оркестра, выбросил меня. Какое-то время я играл с Пульезе и перешел к Ди Сарли. Я был с ним одиннадцать лет и у нас появилась идея вставить в запись "El choclo" вариацию для бандонеона, которая считается очень оригинальной и уважаемой, хотя Ди Сарли не был сторонником делать это для бандонеона. Это был прекрасный оркестр».

В 1949 году оркестр был на несколько лет распущен. Скортикати перешел в оркестр Франсиско Ломуто. Затем он снова вернулся к Ди Сарли и работал с ним до его смерти, после которой Скорикати перешел в оркестр «Los Señores del Tango».

Он был большим поклонником Педро Маффиа и Педро Лауренса... «я всегда мечтал играть как Маффиа».

  Оскар Зуччи, величайший исследователь бандонеонистов, сказал о Скортикати : «У него один из самых высоких показателей техники бандонеона в истории танго. Он внес в игру заметную экспрессивность, свойство, которое со временем усиливалось и улучшалось. У него было характерное звучание, точные акценты, которыми владеют только великие. Он абсолютно знаком со всеми тонкостями механизма инструмента, выделяется совершенным управлением клапанами, регулирующими впуск и выпуск воздуха, делая это незаметно для слушателя. Кроме того он владел удивительной аппликатурой (нем. Applikatur, от лат. applico — прикладываю, прижимаю) — способ переборки пальцев на музыкальном инструменте; расстановка, постановка пальцев.), быстрой и точной. Это нашло отражение в прекрасных вариациях и фразировках с оригинальными украшениями. Он наделен поразительной независимостью обеих руки высоким мастерством в исполнении сложной техники.»

  В 1966 году Скортикати поселился на несколько лет в Мар дель Плата. Хотя он и занимался другими делами, но не мог оставить танго и собрал оркестр "Los notables del tango", с которым записал два танго. Оба в сотрудничестве с Хуаном Канаро: "Nochebuena en Tokyo" и "Bonjour París".

  Он совершил четыре поездки в Японию. Первую - с пианистом Карлосом Гарсия, вторую — в составе оркестра «Orquesta Símbolo» Франсиско Канаро, третью — в 1991 году, снова с Карлосом Гарсия и четвертую — в 1996 году с "Quinteto Canaro", под управлением Антонио Д’Алессандро.

  Однажды я пригласил его к себе в радиопрограмму вместе с Клауси, чтобы они сыграли дуэтом. Они взялисись за это всерьез, потому что хотели записать несколько тем в собственной обработке. Темы были выбраны из Ароляса: "Alice" и "Tres y dos". Они исполнялись весело, с вариациями, создаваемыми на лету. К сожалению не дошли ни до третьей, ни до четвертой обещанной темы. Парни поспорили на репетиции и время вышло.

  Как композитор он написал множество танго. Приведу несколько примеров: "Plumitas", на слова Луиса Рубинштейна, "Bendición" в сотрудничестве с Паскуалем Сторти, "Alma" и "Romance", оба на слова Хуана Сарсионе, "Cansancio" и "Desesperanza", оба на слова Мануеля Меаньоса, "Confidencia", на слова Хуана Баутисты Абада Рейеса, "La torcacita" (ранчера), "Tango milonguero" (также называемое "Tango de arrabal"), "Bandonéon de mis amores", "Como pelea de novios" (милонга), на слова Авлиса, "Por quererte así", на слова Селедонио Флореса, "Canto al tango", на собственные стихи.

Комментариев нет:

Отправить комментарий