Margarita Gauthier.
Той ночью 1933 года Таатр Насиональ был заполнен восторженными зрителями, которые с нетерпением ждали одно из последних выступлений Карлоса Гарделя. Представление проходило под управлением Исаака Рософски, 20-тилетнего молодого человека, который с детства был вхож в мир театра и зарождающийся мир радио. Голос и личность Гарделя произвели неизгладимое впечатление на него и он стал преданным поклонником певца. В память певца он под именем Хулио Хорхе Нельсон вел радиопрограмму “Этой ночью слушаем Гарделя”...
Silencio
Тем октябрьским днем 1932 года шумная компания аргентинцев бродила по улицам Жоанвиля, пригорода Парижа, направляясь на студию “Парамаунт”, где снимался фильм “Melodía de arrabal” режиссера Луи Гарньера. В главной роли был Карлос Гардель. С ним снимались Империо Архентина, Висенте Падула, Хайме Девеса и Елена Д’Агли. Во время перерыва в съемках Калитос присел рядом с гитаристом Орасио Петторосси и поделился впечатлениями от вчерашнего вечера, когда они проходили по маленькому кладбищу и обнаружили ряд надгробий с однинаковой фамилией. Там были похоронены пять братьев, погибших во время войны 1914 года.
Una lágrima tuya
Мариано Мартинес шел с задумчивым видом, держа руки в карманах, рассеянно насвистывая мелодию в аккомпанемент воспоминаниям, нахлынувшим на него этим дождливым вечером. Он смотрел на балкон, на котором он в нежном семилетнем возрасте играл со своей бабушкой и где заработал свои первые монеты пением “Patotero sentimental”. Своим пением он привлек внимание работников соседних магазинов, своих первых клиентов, которые вечер за вечером собирались послушать выступление юного артиста.
Bailarín compadrito
Посмотрите дон Хосе, я принес это танго для вас и если вы его одобрите, то покажите дону Карлосу, - говорил уважительно молодой автор и композитор. Хосе Россано рассеянно сложил листок и сунул его в свою визитницу. Подождав некоторое время без ответа, Мигель Бусино отнес отвергнутую тему певцу и гитаристу Марио Пардо, который тут же представил ее публике. Тема была автобиографической. Уже в 18 лет Бусино сказали, что его танцевание превосходит его игру на бандонеоне и он посвятил себя танцу. Он начал карьеру со своего дебюта в Театре Майпо в 1925 году, затем сопровождал Хулио Де Каро в туре по Бразилии в 1927 году, далее он стал первым, кто танцевал танго в Театре Колон в 1929 году. Были гастроли в Европе в 1931 году: Париж и Мадрид, затем Мексика и Пуэрто Рико... Так же он сопровождал Франсиско Канаро в его музыкальных ревю. Бусино, кроме того, стал автором и композитором танго, которые достигли заметного успеха.
Frente a una copa
В тот день карнавала 1949 года Русо (Русский) Сантьяго, как его называли знакомые, зашел в кабачок “Club Añasco”, чтобы, устроившись за стойкой бара, заказать себе первую из длинной серии рюмку спиртного. Его тяга к спиртному проявилась с юности, но особенно усилилась в последнее время. Его трудно было увидеть трезвым, что беспокоило его друзей из Патерналь, хотя они знали о его тяжелом детстве и несчастной любви.
El último café
- Ничего у тебя написанного нет? Мне сообщили о конкурсе, где за первое место дают 300 песо..., - говорил Катуло Кастижьо музыканту "Чупита" Стампони, - Сейчас ничего нет, но если подкинешь мне идею, то сразу напишу,- отвечал тот. - Я напишу какую-нибудь тему, так как меня интересует призовой фонд. Как только это сделаю – позвоню тебе.
Шли дни, но неуловимая муза не посещала поэта, пока не наступил день, когда у него родились рифмы, которые он искал. Было десять часов утра и нужно было срочно найти мелодию. Он взялся за телефонную трубку... и ничего. Телефон молчал.
Se va la vida
В 1930 году на чествовании Хуана де Диоса Филиберто присутствовала писательница Мария Луиза Карнелли. Когда приглашенный оркестр взял первые аккорды одного прекрасного танго, то , находящийся рядом с писательницей журналист Ласт Рисон сказал: “Это действительно прекрасное танго. Жалко, что стихи не достойны его красоты”. После он долго критиковал только что услышанные строфы. У Марии Луизы лопнуло терпение и она сказала, что это ее стихи.
A Roberto Peppe
Тем летом оркестр Освальдо Пульезе выступал с неизменным успехом как на танцах, так и на радио и телевидении. Только дирижер периодически находился под арестом из-за своих всем известных политических убеждений. В таком случае оркестр выступал с подменным пианистом и гвоздикой на инструменте, символизирующей отсутствующего хозяина, чью идеологию разделяли и другие оркестранты. Линию бандонеонистов возглавлял Освальдо Руджеро, которому вторил своими вариациями Оскар Кастаньяро, ритм держали Чочо Хиларди и Роберто Пеппе.
Ventanita de arrabal
Сколько раз воображение поэта позволяло помещать какую-нибудь историю в другие обстоятельства и места действия. Между 1915 и 1921 годами в баррио Парк Чакабуко, между проспектами Асамблея и Хосе Мария Морено, улицами Эстрада и Риглос, был построен рабочий район из 160 2-3-4-х квартирных домов.
Adiós arrabal
Публика, которая заполнила театр Гиньоль, с восторгом следила за выступлением со скромной сцены детского трио. За пианино пытался достать до педалей мальчонка десяти лет отроду, которого звали Анхель Д’Агостино, а рядом с ним боролся со скрипкой его ровесник по имени Хуан Д’Арьенцо. Им аккомпанировал гитарист.
Tapera
История началась в 1730 году, когда 350 индейцев работали на строительстве крепости Монтевидео, получая скудную зарплату в 1.5 реала в день, что удостоилась фразы “salario del tape” (зарплата для тапе). Дело в том, что “tape” (на языке гуарани означает “город”), строили первые миссионеры из Санто Томе. Они и дали название провинции “Тапе” и туземцев называли тапе.
Café de los angelitos
В баррио Бальванера тогда была очень любопытная архитектура, привлекающая внимание прохожих. На одном здании был балкон с живыми павлинами, другое все в лилиях, на третьем виднелись символы альфа-и-омега, еще одно - полностью украшенное колоннами и витражами, с более, чем шестюдесятью балконами, но без никаких цветов, которые воспевал Фернандес Морено. Удивительнное баррио.
La canción de Buenos Aires
27 апреля 1933 года весь БА горел желанием стать свидетелем чуда, которое принесли новые времена: премьеры первого звукового фильма под названием «Танго». В нем блистали дебютанты нового вида искусства: Тита Мережьо, Либертад Лямарке, Асусена Майсани, Мерседес Симоне, Луис Сандрини, Пепе Ариас, Альберто Гомес, Луис Виска и Качафас. Кроме того в фильме участвовали оркестры Хуана Д’Арьенцо, Освальдо Фреседо, Хуан де Диос Филиберто, Эдгардо Донато, Педро Маффиа и Понсио-Басан. В начале фильма на экране, на черном фоне появляется крепкая фигура La Ñata Gaucha (прозвище Асусены Майсани), которая , бросив быстрый взгляд в камеру, начинала напевать первые строфы одного танго. Оно уже было знакомо публике и стало популярно, когда та же Асусена спела его в прошлом году на сцене Театра Портеньо. Авторами танго были Оресте Куфаро и Мануэль Ромеро и называлось оно «La canción de Buenos Aires».
Silbando
Местность Барракас аль Суд, часть Авежьанеды, граничащая с Риачуэльо, напротив Ля Боки и Барракас, обладала ярким колоритом, украшавшим среду грузчиков и рабочих мясокомбината, и компадрито, которые посещали низкопробных проституток, конкурирующих с коллегами по цеху с соседнего острова Масьель.
La Copa del Olvido
19 октября 1921 года состоялась премьера в Театре Насиональ на улице Корьентес, пьесы “Cuando un Pobre se Divierte”, принадлежавшей перу Альберто Вакареццы. Режиссером был ветеран театра Атилио Суппаро. Как и во всех постановкпх того времени, в пьесе неизбежно присутствовали кабаре, оркестр типика и танго, которые публике всегда были более интересны, чем остальное действие. Во втором акте пьеса превращалась в кабаре при помощи оркестра Энрике Дельфино, который, кроме того, был автором музыки к постановке. Хосе Сикарелли, брат великого Грегорио, посредственный актер второго плана, но с прекрасным голосом, был назначен на роль случайного персонажа, который в кабаре поет танго, выполняющее роль приманки для публики. В четвертом акте на пустой сцене этот персонаж пил, сидя за столом. Он поднялся с рюмкой в руках и своей драмой на плечах, чтобы попросить убежища от своей боли и совета в своих терзаниях. И уже никто не смог забыть “La Copa del Olvido”.
Нигде не избежали эффекта, вызванного этим танго. Энрике Дельфино вспоминал, что особенный эффект был в Испании, вещь небывалая на роскошном полуострове. Свидетельством тому вырезка из мадридской газеты ABC: «На самом оживленном участке улицы Алькальа, на тротуаре возле Калятравоса, несколько уличных музыкантов извлекали из своих старых инструментов звуки одного танго, а роскошная блондинка и изящная модистка с прекрасными глазами напевали “La Copa del Olvido”.
Мне нравится версия Родольфо Бьяджи с Уго Дювалем
LA COPA DEL OLVIDO
Танго 1921
Слова:Альберто Вакарецца/ Alberto Vacarezza
Музыка:Энрике Дельфино/ Enrique Delfino
Estrenado por José Cicarelli en el sainete "Cuando un pobre se
divierte", presentado el 19 de octubre de 1921. La compañia
Muiño-Alippi llevo este sainete a España durante su gira de 1923.
Canto entonces "La copa del olvido" Vicente Climent, quien reemplazaba
a Cicarelli. Este tango alcanzo en España una repercusión fabulosa.
¡Mozo, traiga otra copa!
y sirvase de algo el que quiera tomar,
que ando muy solo y estoy muy triste
desde que supe la cruel verdad.
¡Mozo, traiga otra copa!
que anoche, juntos, los vi a los dos,
quise vengarme, matarla quise,
pero un impulso me sereno.
Salí a la calle desconcertado,
sin saber como hasta aquí llegue
a preguntarle a los hombres sabios,
a preguntarles que debo hacer.
"Olvide, amigo" - dirán algunos,
pero olvidarla no puede ser
y si la mato, vivir sin ella,
vivir sin ella núnca podre.
¡Mozo traiga otra copa!
y sirvase de algo el que quiera tomar,
quiero alegrarme con este vino
pa ver si el vino me hace olvidar.
En vano busco en otras mujeres
dulces caricias para olvidar
y recordando que no me quiere
el sentimiento me hace llorar.
¡Mozo traiga otra copa!
y sirvase de algo el que quiera tomar.
Viejo Rincón
Театр всегда был “разносчиком” танго. Не было премьеры, где бы не появлялась новая тема, чьи ритмы тут же слетали с губ пацанов из баррио веселым, беззаботным напевом, отзываясь эхом среди убогих домиков аррабаля. Истории, персонажи, воспоминания и пейзажи были настолько широко распространены, что стали достоянием народа, который их и генерировал. Роберто Лино Кажьоль был опытным журналистом, работавшим в “El Tiempo”, “Caras y Caretas” и “Ultima Hora”, где публиковал свои «Кажьолериас».
Patotero Sentimental
Мануэль Ромеро был человеком ночи, Танцы, игорные дома... с острым пером летописца и метким взглядом на этот легкомысленный театр. Его тезка и соратник Мануэль Ховес был вдохновлен каталонской музыкой, адаптировав ее в местную среду, исполнял куплеты на эстраде. Они вместе подготовили постановку под названием “El Bailarín de Cabaret”, где должен был блистать комедийный актер Сезар Ратти, возглавлявший труппу театра Аполо, в которой, кроме того, танцевали танго.
Nostalgias
Заканчивалось второе десятилетие 20-го века. Пианино прочно укрепилось в оркестрах, заменив гитару в ритмической функции в аккомпанементе. Молодому двадцатилетнему парню, только что прибывшему из южной Байя Бланки, была открыта дорога для создания лиризма в мелодиях портеньо. Его звал Хуан Карлос Кобиан и он уже имел страсть к танго в своем костном мозге. Хуан Карлос познакомился с Тано Хенаро, с которым они ходили по кафе с ритмами танго. Когда Эдуардо Ароляс услышал Кобиана, Тано остался без пианиста. Сначала в “Рояль Пигаль”, затем в “Монмартре”, Кобиан превосходил самого себя за пианино.
Tres Esquinas
1912 год. Район Барракас, на барегу Риачуэльо, пересечение улицы Монтес де Ока с Освальдо Крус, железнодорожная станция Суд и кафе напротив, где предлагали настойки и другие напитки. На сценке пацан в коротких штанишках, Анхель Д’Агостино играет на пианино в составе танговского трио со скрипкой и флейтой. Когда парень начал носить длинные штаны, он покинул Барракас и переехал в Авежьанеду, где подружился с Мочо, мастером выписывать вензеля на танцполе, который совместно с Португалкой триумфально выступал в первоклассном варьете под звуки пианино молодого Д’Агостино.
Que me quiten lo bailao
Существовало огромное количество колоритных персонажей в танговской фауне портеньо, настоящих волшебников ночи, потребляющих лунный свет и тени аррабалей, творцов множества историй и легенд в тысячах и одном местах, где они царили. Неподражаемый Мигель Бусино был одним из этих волшебников, близко связанных с миром танго. В своем родном баррио Сан Кристобаль, он разделял умение ласкать перламутрывые кнопки своего бандонеона с искусством выписывания узоров на танцполе под ритмы танго. Его дебют в качестве танцора состоялся в 1925 году в спектакле "Así da gusto", поставленном потом в Париже и Рио де Жанейро.
